Аном

Последний? — спросил Администратор. — Давай быстрее.
Устали изрядно — работы у Тройки в последнее время было невпроворот. Оперативники Службы Справедливости тоже трудились без выходных — доносов стало как-то до неприличия много.
— Футбол, вратарь, Виктор Панин, двадцать два года, ранее не привлекался, — привычно затараторил Секретарь. — Донос от двадцать второго сентября. Контрольная отметка сотрудника СС… а, вот, от двадцать седьмого сентября… документы в порядке, видео прилагается, включаю. Слово эксперту?
— Валяй, — поморщился Администратор. Болела голова, невыносимо хотелось закончить рабочий день.
— Эпизод первый. — Эксперт дождался, пока на экране замелькают фигурки футболистов. — Так, чуть помедленней дайте… вот. На замедленном повторе хорошо видно, как обвиняемый начинает реагировать на удар головой нападающего примерно на 0,6 секунды раньше, чем он мог просчитать траекторию удара. В результате мяч отбит, компьютер оценивает вероятность этого события в 6,72%. Эпизод второй. Аналогичная ситуация, параметры соответственно 0,42 секунды и 8,8%. Плюс во втором случае коэффициент сложности удара выше на…
— Переходи к заключению. — Администратор демон- стративно отвернулся от экрана. — Тошнит уже от этих спортсменов-гениев, с музыкантами и то проще.
— Заключение, — кивнул Эксперт. — В период с двадцать седьмого сентября по одиннадцатое ноября две тысячи двадцать шестого года фигурант совершил пять действий по разряду А, классифицируемых в соответствии с параграфом... Ладно, пропускаю. Плюс одиннадцать «бэшек», аналогичным образом свидетельствующих об аномальных отклонениях от средней Дульзона…ого — на 28,4%. Стохастический анализ проведен лабораторией...
— Ну все, давай на подпись, чистый аном, чего тут размусоливать.

— Родитель, а кто такие аномы? — спросил Димка, когда они прошли к своим местам.
— Люди с аномальными отклонениями в способностях, проявляющие их в сфере деятельности и нарушающие Закон о Справедливой конкуренции, — заученно произнес Тунцов.
— Род, ну это я знаю… А откуда они берутся и что с ними делают?
— Аномы были всегда, просто раньше общество закрывало на них глаза. Было много других проблем: права иммигрантов, феминограждан, гендерно-неопределенных. Только недавно пришло понимание, что самое страшное неравенство не связано с социальным или физиологическим статусом. Люди изначально не равны, вот что ужасно. Смотри: у вас в классе ты с Кимом тратишь одинаковое количество интенсив-часов на векторную геоботанику...
— Он меньше учит, почти в полтора раза!
— Вот, тем более. А пока не вмешалась школьная Служба Справедливости, оценки Кима были почти на 40% выше твоих. Ладно, ты крепкий ребенок, а сколько школьников, особенно феминодетей, получают психологические травмы вплоть до первой степени? Если дети рождаются более талантливыми, чем остальные, разве это их заслуга? Правильно?
— Правильно, наверное. — Димка пожал плечами. — Только как-то… Как-то и неправильно тоже.
— Типичное заблуждение. Пойми, это жестоко — люди работают наравне, а слава и почет достаются единицам.
Родитель жестом подозвал киберофицианта и продолжил:
— Вот ты не задумывался, что несправедливость ранит куда меньше, чем справедливость? Ну, не повезло раз, повезет в другой. А если ты изначально слабее, если фору в сто очков каждый день отыгрывать надо… Как с этим жить? Справедливость, ребенок, она не в естественном отборе. Потому как мы люди. И мы должны делить добро на всех. Понял?
— Угу. Смотри, родитель, состав… А почему Панина нет?
— Именно поэтому, — улыбнулся Тунцов. — Обнаглел твой Панин.
— Мне он нравится… Что с ним будет?
— Не рецидивист, три месяца дисквалификации и пишет ходатайство на возвращение. Может, и поймет, что он не пуп земли. А возьмется за старое — отстранят по-взрослому. У нас еще мягкие законы, в Германии вчера прыгуна в воду сразу пожизненно. Вообще без брызг входил, ихтиандр чертов.

— Я тебя предупреждала? Нет, ты мне скажи, я тебя предупреждала или нет?
— Не температурь, Лен, — примирительно сказал Виктор. — Даже если меня сам Прокруст предупредит, я, не поверишь, короче не стану.
— Какой еще Прокруст?
— Да так, мужик один. Наши справедливцы дети рядом с ним.
— Все шутишь, — усмехнулась подруга.
— Шучу, Ленок. Шучу. Без шуток у меня бы уже башню сорвало.
Лена закусила губу. Жить с гением непросто. Особенно в этом перевернутом мире.
— Не вернешься?
— Нет, Лен, мне достаточно.
— И куда теперь?
Виктор пожал плечами:
— Земля большая, найду место, где как бы равенство и справедливость не все еще подмяли под себя. Ленка кивнула — вряд ли она ожидала другого ответа.
— Знаешь, — сказала она, — я когда-то прочитала такую фразу: «Счастье для всех даром, и пусть никто не уйдет обиженный».
— Красиво, — невесело улыбнулся Виктор. — Но дело даже не в том, что так не бывает и быть не может. Он посмотрел на монитор, где как раз начиналась трансляция матча его бывшей команды. И добавил:
— Дело в том, что так быть и не должно.

Иллюстрации Елены Станиковой