«Химия и Жизнь»,

Появление электрических сигарет, благодаря которым курильщик вдыхает никотин и чистый водяной пар, без табачного дыма, по количеству и полезности компонентов сравнимого с выбросами завода тяжелого органического синтеза, дало борцам с курением новый инструмент. И они начали проверять, насколько он хорош.

Что, если собрать в одном месте самые важные научные знания и представления? Что, если свести все, что с таким трудом накапливало человечество, к самой компактной форме знания, к главным идеям? Ведущие российские ученые выбирают самое важное, что известно на сегодня в их области научного знания.

Обращение к читателям.

Напутствие журналу от Николая Николаевича Семенова.

Имя Николая Константиновича Кольцова тесно связано с революцией в биологии, начавшейся в двадцатом веке. Именно ему принадлежит идея о том, что наследственная информации «записана» в макромолекулах, входящих в состав клеточных ядер.

Уже по крайней мере полвека ни один химик ни в одной химической лаборатории мира не пользуется стеклянной ретортой — традиционным символом химии. Но стекло было и остается основным материалом, из которого изготовляется лабораторная посуда.

Среди читателей нашего журнала, наверное, не так уж мало любителей кофе. И конечно, в каждой семье, как это водится, есть свой «особенный» секрет приготовления кофейного напитка, есть своя точка зрения на его пользу и вред. Вот почему мы решили немного подробнее рассказать о некоторых, не слишком известных проблемах, связанных с кофе.

Ученые располагают довольно обширными сведениями о химическом составе сырых кофейных зерен. Может показаться, что проблемы определения «вкусовых» составляющих кофе просто нет — она решена! На самом же деле это не так. Среди веществ, совокупность которых создает вкусовую характеристику кофе, есть такие, присутствие которых обнаружено дегустаторами по запаху и на вкус, но никак пока не уловлено методами точного анализа.

Кофе может быть рекомендован далеко не каждому. Чтобы стало ясно — почему, попробуем выяснить, как действует этот напиток на организм человека.

Приготовление кофе — это целое искусство, овладеть которым, наверное, будет легче, если представить себе сущность химико-физических процессов, происходящих в кофейнике.

Прогресс науки и техники подарил любителям кофе два новшества — быстрорастворимый кофе и машины типа «экспресс».

В прошлом номере мы совершили маленькое путешествие в стеклодувную мастерскую. Если вы, уважаемые читатели, заинтересовались стеклодувным искусством и захотели научиться работать со стеклом, вы сможете прочесть в следующих номерах журнала заметки с подробным описанием основных стеклодувных операций. Но прежде чем начать наши занятия, надо обзавестись необходимым оборудованием.

После того, как вы прочли предыдущий номер журнала, прошел месяц. За это время в уголке вашей лаборатории появился самодельный стеклодувный столик, и вы готовы сесть за него и начать работать. Однако на первом занятии вам пока еще не придется пользоваться стеклодувной горелкой, потому что прежде всего надо познакомиться с сортами стекла и научиться резать стеклянные трубки.

Как зажечь стеклодувную горелку, как надо регулировать величину и форму пламени и как нагревать стекло.

Для того чтобы сделать капилляр, надо взять не очень широкую трубочку (миллиметров шесть–восемь в диаметре) и нагреть ее середину точно так, как мы рассказывали в прошлый раз. Но теперь, как только вы заметите, что стекло размягчилось, надо сразу же согласованными движениями рук вынуть трубочку из пламени (не прекращая, однако, ни на секунду вращать ее все в том же направлении и все с той же скоростью) и начать спокойно тянуть ее концы в разные стороны. Размягченная середина трубочки вытянется при этом в тонкий капилляр.

Как делать круглое и плоское дно.

Проще всего научиться продувать отверстия в круглом дне. Для этого сначала надо сделать, как обычно, заготовку, отпаять одну из оттяжек, выбрать лишнее стекло, выровнять дно легким поддуванием и после этого снова нагреть его до рабочей температуры.

Изготовление спаев.

Научившись делать простой и тройниковый спаи, о которых говорилось в предыдущем номере журнала, вы уже можете считать себя достаточно умелым мастером — во всяком случае, достаточно умелым, чтобы обеспечить себя основной стеклодувной продукцией — капиллярами, пробирками, стаканчиками и т.д. Но будет еще лучше, если, кроме того, вы научитесь делать так называемый «внутренний» спай.

Как выдувать шарик, как делать елочные игрушки и как посеребрить и раскрасить эти игрушки.

Юмористический рассказ об одном из самых важных научных открытий.

50 лет — не так уж много, особенно если принять во внимание, что около 20 из них ушло на вооруженную борьбу за Советскую власть, на восстановление разрушенного в военные годы. За оставшиеся 30 лет из невиданно отсталой, нищей и полудикой наша страна превратилась в передовую, могучую индустриальную державу с крупным механизированным сельским хозяйством, с высоким уровнем науки и культуры.

В африканской стране Танзании, в маленьком городе Магамба, живет смышленый мальчик Эрасто Мпемба. Он очень любит самодельное мороженое, которое он и его товарищи делают в школе: они кипятят молоко с сахаром, дают ему остыть и ставят в морозильник. И вот какая история произошла однажды с этим мороженым. Опасаясь, что ему не хватит места в холодильнике, Мпемба первым поставил туда свой стакан, не дождавшись, пока он остынет. Это заметил его приятель и, чтобы не отстать, не стал даже кипятить свое молоко, а сразу поставил его в холодильник. Час спустя мальчики открыли дверцу — и не поверили своим глазам: молоко, поставленное в морозильник холодным, еще не замерзло, а в стакане Мпембы оно уже превратилось в сладкую ледышку! Как это могло произойти? Получается, что горячее замерзает быстрее, чем холодное?

Об элементе с атомным номером 31 большинство читателей помнят только, что это один из трех элементов, предсказанных и наиболее подробно описанных Д.И. Менделеевым, и что галлий — весьма легкоплавкий металл: чтобы превратить его в жидкость, достаточно тепла ладони.

В январском номере «Химии и жизни» за этот год была опубликована заметка «Эксперимент Эрасто Мпембы». В этой заметке рассказывалось о том, что африканский мальчик Эрасто Мпемба обнаружил удивительное явление: он обнаружил, что горячее подслащенное молоко замерзает быстрее холодного, хотя простой здравый смысл подсказывает, что холодная жидкость должна всегда замерзать быстрее горячей. Сотрудники нашего журнала решили проверить слово делом, повторив эксперимент Эрасто Мпембы — и потерпели неудачу, у них горячее молоко никак не хотело замерзать раньше холодного. Потерпели неудачу и многие читатели «Химии и жизни», пытавшиеся воспроизвести этот нехитрый опыт. Но у некоторых читателей все получилось, как у африканского мальчика.

15 июля исполняется 100 лет со дня рождения Николая Константиновича Кольцова (1872–1940), замечательного биолога-дарвиниста, чей огромный вклад в отечественную биологическую науку сопоставим лишь с тем, что было внесено в нее в XX веке Иваном Петровичем Павловым и Николаем Ивановичем Вавиловым.

Он принимал участие в создании Медико-биологического института им. Горького (предтечи нынешнего Института медицинской генетики) и в организации в других научных учреждениях исследований для нужд здравоохранения — по проблемам переливания крови, изучения региональных болезней, вызываемых недостатком микроэлементов, по проблемам эндокринных нарушений. А главное — всегда страстно защищал честь и чистоту истинной науки, преданно служащей людям, — науки, которой посвятил себя без остатка. Таким он остался в памяти.

Для нас с вами снег — это просто снег, который бывает суше или влажнее, крупнее или мельче. А в словаре специалистов есть десятки названий разных «снегов». От мельчайших, висящих в воздухе кристалликов льда, похожих на замерзший туман, до снега, способного словно вода течь по горным склонам. Снеговеды пишут статьи о старом и молодом снеге, о снежной крупе и снеге-плывуне, о снежных барханах и солнечном насте…

Человек живет в окружении грибов. По числу видов они не уступают зеленым растениям. Грибы можно встретить повсюду: в почве, воде, воздухе, на растениях, в организмах животных. Роль грибов в природе огромна: без них трудно представить себе жизнь на Земле.

Клетки разных органов одного и того же организма отличаются друг от друга. Причина различий состоит в том, что в каждом типе клеток реализуется только определенная часть генетической информации. Лишь некоторые гены активированы, на них синтезируется матричная РНК (мРНК), которая далее идет к рибосомам и служит матрицей для синтеза белка. Набор активных генов в отличие от набора генов вообще разный у разных типов клеток, и именно это лежит в основе дифференцировки клеток. Но что и как регулирует активность генов? Ответить на этот вопрос — значит найти решение одной из основных проблем молекулярной биологии.

Эта публикация подготовлена по материалам одноименной книги автора, перевод которой выпустит в свет Главная редакция физико-математической литературы издательства «Наука». Под планетой, пригодной для жизни, автор понимает такую планету, на которой могло бы жить много людей, не нуждаясь в сложной защите от окружающей среды и доставке материалов и продуктов с других планет.

Окончание статьи. Начало см. в «Химии и жизни» №6 за 1974 год

Свечи можно делать самому. Причем не хуже, чем те, которые продают в магазине, — при известном старании и выдумке, разумеется.

«Белки в живой клетке умеют делать практически все, причем с необычайной легкостью и изяществом». Читателя, наверное, не нужно убеждать в справедливости этого высказывания Фрэнсиса Крика, одного из основоположников молекулярной биологии. В самом деле, нет такой функции живого организма, в которой бы не принимали участия белки. Любая химическая реакция в организме, будь то отщепление атома водорода или синтез гена, идет с участием белков-ферментов. В этой статье пойдет речь о белках, которые «с легкостью и изяществом» выполняют важнейшую работу переводчиков в процессах синтеза других белков.

Природный полимер лигнин — постоянный спутник целлюлозы в растительной ткани. В среднем на каждый килограмм целлюлозы приходится около 400 граммов лигнина. Именно поэтому проблема лигнина встает каждый раз, когда дело доходит до химической переработки растительного сырья. А из растительного сырья в конечном счете получаем мы и бумагу, и искусственные волокна, и порох. Так в чем же проблема лигнина?

Когда средневековые алхимики отогнали из вина вещество с острым обжигающим вкусом, они назвали его spiritus vini — дух вина, душа вина. Ну а что придает особую прелесть кофе, какое вещество можно назвать его душой?

Беседа с министром химической промышленности СССР Л.А. Костандовым, вице-президентом АН СССР академиком Ю.А. Овчинниковым, президентом Всесоюзного химического общества академиком С.И. Вольфковичем, главным редактором «Химии и жизни» академиком И.В. Петряновым-Соколовым. Беседу вели В. Жвирблис и В. Рич.

«Химия и жизнь», в создании которой главная роль тоже принадлежала академику Семенову, сердечно поздравляет Николая Николаевича с днем рождения и желает ему всего самого доброго, чего только можно пожелать нашему замечательному соотечественнику и современнику. Мы печатаем здесь отрывок из выступления Н.Н. Семенова, посвященного острейшей научной проблеме сегодняшнего мира — сохранению жизни на Земле.

Бактериофаг MS2 — первый живой организм, у которого выяснена полная первичная структура всех его компонентов.

Как украшать новогоднюю елку? До сих пор человечество не пришло к единой точке зрения по этому важному вопросу.

Завершена работа по полному химическому синтезу гена тироэиновой тРНК и доказана биологическая активность этого гена. Пока это лишь реконструкция гена, существующего в природе. Но не составит труда варьировать последовательность нуклеотидов в этом гене, чтобы целенаправленно изучать влияние этой последовательности на работу тРНК.

Недавно журнал «New Scientist» сообщил о неожиданных результатах, полученных медиками Колумбийского университета. Они исследовали взаимодействие в организме кофеина и никотина.

Доказано, что один из генов бактериофага φХ174 целиком находится внутри другого гена. Это открытие опровергает общепринятое мнение о том, что генетическая информация для разных белков должна быть записана в разных и неперекрывающихся участках ДНК.

Далеко не все представляют себе, почему часы светятся. Не раз приходилось объяснять, что элемент фосфор тут ни при чем. Светом часы обязаны люминофорам — веществам, способным отдавать в виде излучения избыток энергии, которую они получили при возбуждении, или, если хотите, подзарядке, скажем, видимым светом либо ультрафиолетовыми лучами. Довольно часто задают и такой вопрос: не вредно ли это свечение для здоровья? Здесь рассказывается о тех люминофорах, которые наносят на циферблаты и стрелки, о том, из чего их делают и как; коротко сказано и о гигиенической стороне дела.

Есть в языках двух самых многочисленных народов Индии — хинди и маратхи — слово «джангал», что означает «лес», «заросли». Отсюда попало оно в английский язык и превратилось в общеизвестное — «джунгли». А в Средней Азии, в бассейне Амударьи, тянутся буйные заросли, которые местные жители называют «джангили». И неудивительно такое совпадение: густые, охватывающие большие массивы, эти заросли очень напоминают джунгли. Здесь растет солодка, или лакрица, — многолетнее травянистое растение с высоким стеблем, усеянным белыми, лиловыми и желтоватыми цветами, собранными в кисти. В народе называют ее и лакричник, и сладкий корень, и солодковый корень. А по ботанической классификации имя ее Glycyrrhiza glabra (солодка голая (или гладкая) из семейства бобовых.

Бактериальная клетка, в которую ввели искусственный ген соматостатина, производит этот гормон.

Близкое будущее энергетики и химии нельзя не связывать с углем.

Между генетикой и теорией эволюции всегда существовали довольно сложные отношения. Обе эти науки опираются на весьма надежные, но принципиально различные методы познания. Конечно, в действительности между наблюдательной и экспериментальной науками нет и не должно быть соревнования. Их уместнее уподоблять супружеской чете, а не двум спортсменам на дистанции. Но, как и между супругами, между ними, конечно, возможны разногласия, а порой даже бурные споры.

Кишечную палочку заставили вырабатывать крысиный и человеческий инсулин. Этот успех генной инженерии открывает новые возможности для борьбы с одним из самых тяжелых недугов — диабетом.

«Везде одинаково пленяя, украшает альпийская роза… тысячекратно изменяющийся ландшафт своей родины и то рдеет уединенно, как розовое пламя, над водопадом ледяного потока, то покрывает все пространство горы, которая со своим пурпурным ковром глядится в зеркало альпийского озера» — так описывали путешественники горные рододендроны, исстари называемые в Центральной Европе «альпийскими розами». Впрочем, с розой их роднит разве что цвет венчика да еще имя, переводимое с древнегреческого как «розовое дерево»: так впервые назвал растение в 1585 г. итальянский врач, философ, ботаник Андрее Цезальпино. А на самом деле ближайшие родственники рододендронов не розы, а клюква и вереск.

Вещество с очень простой формулой и очень непростой историей, в которой были и взлеты (в прямом смысле этого слова), и падения (к счастью, в основном в переносном). Это гидразин — H₂N—NH₂.

Академик Абел Гезевич Аганбегян, директор Института экономики и организации промышленного производства Сибирского отделения АН СССР, отвечает на вопросы специального корреспондента «Химии и жизни» М.Б. Черненко.

Для меня эта история началась четверть века назад, когда я, студентом третьего курса, занялся тем, что сейчас называют биоэнергетикой. Рискованная, в общем-то, область биологии: здесь ничего не увидишь, не уловишь на слух и не пощупаешь руками. Приходится доверять приборам, способным ловить слабые отклики событий, сопутствующих превращению энергии в мельчайших крупинках живой материи. Здесь нет ничего сложнее, чем угадать единственный правильный путь среди тысячи, казалось бы, равных возможностей. И нет ничего проще, чем придумать новую гипотезу: достаточно располагать неким минимумом сведений и способностью логически мыслить.

(Окончание. Начало см. в №10.) В 1961 г. схема Митчела в краткой форме была тотчас напечатана журналом «Nature» (трудности с публикациями возникнут позже!). Новую концепцию восприняли первоначально как еще одно умозрительное предположение в длинном ряду биоэнергетических гипотез. В начале шестидесятых годов была большая мода на эти гипотезы. Поскольку речь шла о главных системах энергообеспечения живых клеток, ясно было, что победителя ждет хороший приз, и каждый из уважающих себя биоэнергетиков спешил выдвинуть свою собственную схему энергетического сопряжения…

Мир помягчал — и все тут. Стал женственней. Демографы, статистики пускай пишут, что хотят, а нам с вами разве нужны цифры? В общем впечатлении от лиц, покроя одежд, мелодии голосов, шахматных ничьих, цветовых гамм, приемов полемики — женоподобность. Все вместе, в целом сдвинулось туда.

Какие бы захватывающие дух открытия ни были сделаны в будущие двадцать лет, выяснение механизма биосинтеза белка и расшифровка генетического кода останутся главными событиями в биологии XX века.

Популюс… Тополь… Не правда ли, эти слова чем-то похожи? Неудивительно: ведь они не только по значению одинаковы, но и связаны родственными узами. Когда-то, попав в наши края, потерял «популюс» чуждое славянским языкам окончание, да и отдельные звуки пришлось ему приспособить к местным языковым законам. Так родились и русский «тополь», и украинский «тополя», и чешский «топол».

В последние годы в уловах наших рыбаков встречается множество незнакомых нам прежде рыб: ледяная и лихия, лемонема и джакас, вомер и сквама… Непривычны нам их названия, непривычны и сами рыбы. Что с ними делать: охлаждать или замораживать, солить или коптить, а может быть, укладывать в банки и стерилизовать? Вопрос это далеко не праздный, потому что от того, правильно ли выбран способ переработки рыбы, зависит ее дальнейшая судьба, ее оценка потребителем. Мы расскажем здесь об исследованиях, которые ведут в этой трудной области технологи Тихоокеанского института рыбного хозяйства и океанографии (ТИНРО).

Древнейший из языков на Земле существует свыше трех миллиардов лет. Это — язык, на котором гены сообщают живой клетке, какие белки, когда и в каком числе ей надо делать. Если узнать, как возник этот язык, то, похоже, мы ответим на вопрос, как произошла сама жизнь.

На всех заседаниях семинара по ядерной физике физического факультета ЛГУ, приходящихся на первый понедельник апреля, делаются сообщения о таких проблемах, которые еще не решены, а иногда даже еще и не поставлены. Организаторы семинара любезно предоставили в распоряжение редакции несколько наиболее интересных для читателей «Химии и жизни» первоапрельских докладов. Вот первый из них.

В сентябре 1981 г. в Баку проходил XII Менделеевский съезд по общей и прикладной химии. 2106 делегатов, 180 иностранных участников и более 300 гостей ознакомились с 1003 научными докладами. Работали 19 секций, из которых 6 — биоорганической химии, координационной химии, проблем лесохимии, секции коксохимии и технологии искусственного жидкого топлива, нефтепереработки, а также химических проблем газо- и нефтедобычи — были организованы впервые. Впервые была создана и подсекция охраны природной среды.

Когда едешь по делам в другой город, осведомленные о поездке друзья, знакомые, родственники и соседи просят обычно привезти что-нибудь этакое, особенное, с местным колоритом. Отправляясь в Ереван, мы получили с десяток заказов, и все — на кофеварки.

Имена новых лауреатов Нобелевской премии стали известны поздней осенью 1981-го. То, что среди химиков отмеченными оказались Роальд Гоффман и Кэнити Фукуи, пожалуй, никого не удивило. Однако у членов оргкомитета V Всесоюзной школы по химии металлорганических соединений этот акт признания вызвал сложные чувства. С одной стороны, они радовались, что награда досталась давнему другу советских химиков, профессору Корнелльского университета Гоффману. С другой — этот самый акт угрожал сорвать лекцию, которую Гоффман заранее обещал прочесть слушателям школы: церемония вручения премий в Стокгольм намечалась на те же дни, что и школа в Звенигороде. Потом пришло сообщение, что лекция все же состоится. Гоффман успеет прилететь накануне закрытия школы и свое обещание выполнит несмотря ни на что.

Обзоры книг:
Биографии великих химиков. Пер. с нем./ Под ред. К. Хайнига; Пер. В.А. Крицмана/ Под ред. Г.В. Быкова, С.А. Погодина. М. Мир, 1981.
Фотосинтез: два века спустя. Ю.Г. Чирков. М.: Знание, 1981.
Рассказы о биоэнергетике. В.П. Скулачев. М. Молодая гвардия, 1982.