Науки о космосе

В ночь на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге были расстреляны Николай II, его супруга Александра Федоровна, четыре их дочери и наследник престола Алексей, а также доктор Е.С.Боткин и трое слуг. Однако в 1991 году были эксгумированы останки не одиннадцати, а девяти человек. И лишь в июне 2007 года неподалеку от первого захоронения обнаружили второе, с останками мальчика и девушки...

В 1992 году прокурор-криминалист Генеральной прокуратуры РФ Владимир Соловьев возбудил уголовное дело по факту обнаружения останков. Эксперт Сергей Абрамов в 1993-м провел компьютерное наложение обнаруженных черепов и прижизненных фотографий. А в мой адрес в постановлении Соловьева было записано: «Назначить по настоящему делу судебно-медицинскую (портретную) экспертизу… Перед экспертом поставить следующий вопрос: «каков внешний облик людей, останки которых были обнаружены в районе г. Екатеринбурга 11–13 июля 1991 г.? Прошу произвести пластическую реконструкцию».

В первой части статьи мы рассказали о том, как в 1993 году российский молекулярный биолог Павел Иванов и его английский коллега Питер Гилл провели ДНК-дактилоскопию останков Николая II и его родных, расстрелянных в 1918 году и эксгумированных из безымянной могилы в 1991 году. А теперь предстояло самое главное…

В 1991–1993 годах была проведена судебно-медицинская и молекулярно-генетическая экспертиза останков, найденных в окрестностях Екатеринбурга. Но методы классической судмедэкспертизы исчерпали себя, так и не дав однозначного ответа, кто же на самом деле похоронен в Ганиной яме. Надо было провести прямую идентификацию, и сделать это было возможно только одним методом — методом ДНК-дактилоскопии.

Блестящие следы своего гения Ньютон оставил даже в тех областях, которых касался вскользь. Вот например, коротенькая заметка 1701 года о расширении температурной шкалы в область высоких температур. Ньютон предлагает определять температуру нагретых тел по времени охлаждения. Полученные результаты, в том числе и по переохлаждению расплавленных металлов, позволяют причислять Ньютона к родоначальникам термического анализа.

Безбрежность океана, недосягаемость морских глубин издавна превратили моря и океаны в хранилище всевозможных тайн. Не будет преувеличением сказать, что одна из таких тайн для человечества важнее, чем все другие секреты, погребенные в морских глубинах, — цена ее может оказаться куда больше стоимости всех сокровищ, скрытых на погибших кораблях. Это тайна затопленного химического оружия.

Продолжение статьи «Последняя встреча с Лысенко» из предыдущего номера.

Феномен Лысенко особо занимал нашего автора. Накопленный с годами материал постепенно превратился в рукопись, сквозной темой которой стала последняя встреча с Лысенко. Эта встреча происходила в Москве в начале февраля 1972 года. «Химия и жизнь» публикует сильно сокращенный вариант представленной в редакцию рукописи.

«Около 4 1/2 утра 19 [июля] машина застряла окончательно; оставалось, не доезжая шахт, хоронить или жечь… Хотели сжечь А. и А. Ф., но по ошибке вместо последней с А. сожгли фрейлину… Тем временем вырыли братскую могилу для остальных… Трупы сложили в яму, облив лица и вообще все тела серной кислотой... Забросав землей и хворостом, сверху наложили шпалы и несколько раз проехали… Секрет был сохранен вполне…»

Промеж собой, за глаза в нашей редакции его звали не иначе как академик Валера. Он — Валерий Алексеевич Легасов. 1.IX.1936–27.IV.1988. Всемирно известный физико-химик, член президиума Академии наук СССР, профессор Московского университета, первый заместитель директора Института атомной энергии имени И.В. Курчатова, один из первых чернобыльских «ликвидаторов». А для меня — еще и давний, со студенческих лет добрый товарищ, проверенный буднями, праздниками и бедой.

А.С. Самохоцкий — личность исключительная, человек огромной воли, целеустремленности, таланта. Более всего внешним обликом и внутренним содержанием он походил на Тимофеева-Ресовского, каким его изобразил Гранин в романе «Зубр». Еще при жизни он стал легендой…

А что если сравнить современный уровень урожайности не с нынешними рекордами, а с достижениями земледельцев прошлого? Это довольно необычная постановка вопроса: мы привыкли к поступательному развитию во всех сферах и горячо убеждены, что в любом деле достигли крупных успехов по сравнению с наивными предками. По-видимому, такие представления имеют определенную основу, и тем не менее всегда следует уважительно относиться к достижениям цивилизаций прошлого, тем более что во многих областях опыт древних народов до сих пор недостаточно изучен и обобщен.

Алексей Евгеньевич Чичибабин (в этом году исполнилось 110 лет со дня его рождения), известный советский химик, автор учебника, по которому и сегодня обучаются тысячи студентов, был наставником многих крупных ученых, в том числе и создателя отечественной химии фторорганических соединений. Героя Социалистического Труда, лауреата Ленинской и трех Государственных премий академика Ивана Людвиговича Кнунянца. 4 нюня этого года Ивану Людвиговичу исполняется 75 лет. Редколлегия и редакция «Химии и жизни» поздравляют замечательного ученого с юбилеем и публикуют его воспоминания о годах учения у Чичибаблна.

Флиминга Дженкина сделали известным телеграфные кабели. Они доставили ему профессорскую кафедру, благосостояние, вес в деловых кругах и даже кресло в Лондонском Королевском обществе. Помнят ли его сейчас, через сто лет? Да и мог ли рассчитывать на бессмертие инженер, чьи изобретения были так же быстро заслонены другими техническими новинками, как зарос илом и ракушками его подводный кабель? Оказывается, мог: «Science Citation Index» (Указатель научных ссылок») — нет-нет да и вылавливает в потоке сегодняшних научных публикаций это, казалось бы, безвозвратно забытое имя. Однако цитируют не статьи о телеграфной технике, а одну-единственную статью по биологии. Некоторые историки биологии посвящают ей целые главы, а недавно она была даже перепечатана целиком.

Имя Николая Константиновича Кольцова тесно связано с революцией в биологии, начавшейся в двадцатом веке. Именно ему принадлежит идея о том, что наследственная информации «записана» в макромолекулах, входящих в состав клеточных ядер.