Хлеб как голова государства

Иллюстрация: Миодраг Великович

Согласно историческому материализму, государство возникает там, где появляется прибавочный продукт. Благодаря ему каждый человек уже не должен непосредственно участвовать в добывании еды, он может заняться какой-то другой деятельностью, например ремеслом. Так возникает разделение труда, растет его производительность, появляются товарообмен, частная собственность, классы, а с ними и государство как аппарат насилия правящего класса по отношению ко всем остальным с целью экспроприации прибавочного продукта. Однако какой это продукт, классики не уточнили.

Сторонники же исторического идеализма указывают на следующее интересное обстоятельство: государства возникают отнюдь не на самых продуктивных землях, где, казалось бы, прибавочного продукта на единицу усилий выходит больше, а на землях весьма суровых, где не получается продукт срывать с дерева, и нужно извлекать его из земли в тяжелой борьбе с погодой и климатом. И, стало быть, дело не в продукте, а в воле людей. У кого воли нет, те народы, мол, государства не создают, поскольку неспособны.

Промежуточную точку в этом споре поставили исследователи во главе с Иорамом Майшаром из Еврейского университета Иерусалима (Journal of Political Economy, 2022, 130, 4). Более двадцати лет они потратили на проверку фактов, и вот наконец труд увенчан публикацией в престижном журнале. Их вывод таков: к созданию государств привело возделывание хлеба и других зерновых. Более того, хлеб должен быть единственным продуктом, стоящим трудозатрат. Как только появляются какие-либо корнеплоды, фрукты, скотоводство — все, пиши пропало, никого государства не будет, один сплошной первобытно-общинный строй. Что мы и наблюдаем во многих землях Африки, Азии и обеих Америк.

А причина в том, что зерно можно долго хранить, причем весьма просто: поставил лари в амбар и держи там пшеницу, ячмень, рис хоть год, хоть сто лет — ничего с ним не случится. Ну разве что надо хорошо высушить зерно и от мышей защитить. Лежит зерно в амбаре и есть не просит в отличие от скотины, не норовит весной прорасти, как картошка или лук, не гниет, как виноград или яблоки. Так зерно оказывается естественной живой валютой, которой можно расплачиваться за товары, и, главное, собирать его в казну в виде налогов и потом им же оплачивать услуги государевых людей. Недаром до сих пор в ходу шекель, который изначально означал просто горсть из 180 зерен ячменя.

Так из работы профессора Майшара и его коллег следует, что главное в становлении государства не в производительности труда и не в воле людей, живущих на какой-то земле, но в их способности сберегать и приумножать ими же созданное.