Животные и растения

Интеграция автократов в мировой порядок ведет к подрыву демократических основ этого порядка. И это надолго. К такому выводу приходят исследователи из Калифорнии в своей работе «Будущее демократии».

Та часть основного вопроса философии, которая отвечает за познаваемость мира, обычно несколько отходит в сторону; как правило, интересующаяся философией общественность обращает внимание на первую часть — об объективности существования материи. Однако именно ответ на вопрос о познаваемости мира дает идеологическую основу для практических действий по его переустройству. Порассуждаем, как так получается.

Нет, речь идет не о борьбе с зеленым змием, трезвость нужна и тем людям, которые так верят своим фантазиям, что уходят в мир иллюзий. Особенно опасно терять связь с реальностью руководителям государств и их объединений, а это бывает. К счастью, иногда находятся специалисты, которые пытаются разрушать такие миры бюрократических иллюзий. Возьмем для примера переход от энергоемкой экономики ископаемого топлива к материалоемкой экономике возобновляемых ресурсов.

По мнению Михаеля Лунда из Института изучения экзопланет НАСАLHS 1140 b оказывается прекрасным выбором для исследователей, ищущих оборотней в Вселенной.

Отчего нянечки и медсестры в большинстве своем женщины, а маклеры на бирже — мужчины? Традиционный ответ: потому, что у них такая склонность. Профессор социологии Пер Блок из Цюрихского университета решил проверить истинность этих стереотипов.

Это — продолжение статьи о сравнении наук, об общих чертах и различиях между разными науками («Химия и жизнь» 2022 №3). Обсуждение этой темы со школьниками может способствовать построению более связной естественно-научной картины мира, но может и увеличить интерес к некоторым наукам. Подобное обсуждение может быть проведено за короткое время, не отнимая существенно часы от преподавания отдельных предметов, или факультативно.

Институт статистических исследований и экономики знаний подносит нам к носу зеркало и сообщает, что в 2017 году в России численность исследователей составила 360 тыс. человек — на 2,9% меньше, чем в предыдущем году. А вообще, за десять лет, с 2008 года, эта численность снизилась на 4,3%, плавно сокращаясь на 0,5% в год. Тут вспоминается история лягушки, которой плавно поднимали температуру воды.

Мы живем в мире сообщений: вербальных и невербальных, последовательных, параллельных и многомерных. Однако напечатанный текст может быть только линейным, хотя он описывает объемные многослойные одномоментные явления; очевидно, что у такого способа создания картины мира есть определенные ограничения. Однако талантливый писатель, не важно, осознанно или нет, принимает меры для обхода линейных ограничений, создавая сложный рисунок текста, придавая ему очарование и закладывая в текст различные сообщения. Задача же квалифицированного читателя найти эти сообщения и смыслы, вычленить их из неизбежной шелухи слов.

Царь Салтан из сказки Пушкина, не понимая, как дальше управлять своим наром, от безысходности бросается в путешествие, где находит трех сестер, а с ними и возможное решение проблемы. А есть ли какой-то более простой способ действия? Попробуем поискать его.

Многие считают, что патенты должны оформляться в технике, а не в науке, что ученый должен открывать законы природы, а инженер, создающий что-то новое, должен это новое патентовать. Однако во многих случаях и ученому стоит обратить внимание на возможность патентования своих результатов. Это поможет закрепить приоритет, а в некоторых случаях и принесет доход.

В декабрьском номере «Химии и жизни» за 2017 год была опубликована статья Р.В.Богданова «Право на диалог», в которой он в весьма корректных выражениях обосновал необходимость общения авторов научных проектов, подаваемых на конкурс в фонды, с рецензентами. Часто вполне достойные заявки отклоняются из-за того, что попадают к рецензентам, плохо разбирающимся в сущности проблемы. Тема эта острая и болезненная, однако такого рода дискуссии в околонаучной печати встречаются очень редко, поэтому хочется продолжить ее на страницах «Химии и жизни».

Кажется, страсть к взрывам и вспышкам пришла к нам из первобытных времен, чуть ли не с генами неандертальцев. Которые, как мы теперь знаем, не только владели огнем, но и разжигали его химическим способом.

Времена меняются, мы меняемся вместе с ними. Меняются и школьные учебники. Какими они станут, скажем, лет через двадцать, когда не только ученики, но и учителя с детства будут читать с экрана и искать информацию в Сети?

Социологи Г.А.Николаенко и Е.В.Евсикова, решили выяснить, как Санкт-петербургские школьники знают историю науки. Сказано — сделано: в 2016 году опросили 350 учащихся 7—11 классов, 55% мальчиков, остальные — девочки. В 7, 8, 9, 10, 11 классах учится соответственно 13, 29, 28, 17, 13%. Ниже мы приводим вопросы исследователей и ответы молодого поколения.

В фантастике ХХ века актуальными стали произведения о глобальных катастрофах и их последствиях. В первую очередь это было связано с появлением оружия нового типа — ядерного, которое может привести не только к огромным разрушениям и гибели множества человек, но и к существенному изменению условий на всей планете — радиоактивному заражению, загрязнению атмосферы и, как следствие, к сильному похолоданию, «ядерной зиме». Урановые, плутониевые и водородные бомбы стали реальной угрозой во второй половине XX века.

Нельзя сказать, что химия играет большую роль в произведениях Аркадия и Бориса Стругацких, но и совсем обойтись без обращения к этой науке писатели не могли. В первой их большой повести, «Страна багровых туч», герои летят на Венеру, чтобы провести геологическое обследование месторождения радиоактивных руд Урановая Голконда. Повесть благополучно вышла в 1960 году, в следующем была переиздана. Но чуть позже из цензурных соображений стали запрещать упоминания о любых радиоактивных материалах. Как вспоминал об этом Борис Стругацкий: «Шла кампания по охране ядерных секретов, но жертвой этой кампании пали в первую очередь писатели-фантасты: пуганые редакторы принялись вычеркивать из текстов ПЛАНЕТУ УРАН!»